Тридцать краж в день. Как стать профессиональным вором

Спокойный с виду парень, мастер на все руки встал на шаткий путь вора из-за любви к наркотикам.

Любил музыку и напильники

Владислав Артемов еще в школе получил прозвище Грэц. Однажды в пятом классе он на уроке труда смог так искусно обработать грецкий орех, что получилось изделие не хуже яйца Фаберже – разве что без золота и бриллиантов. С тех пор Влад с разного рода напильниками не расставался. А из-за характерного произношения слов «грецкий орех» - он называл их «грэцкими» - и родилось прозвище.

Усидчивый и настойчивый Грэц легко мог внутри советской 5-копеечной монеты высверлить и потом обработать пентаграмму (см. фото), пользуясь всего лишь коловоротом, тисками и надфилями. Да так точно у него получалось это сделать, что, казалось, без современных станков вряд ли бы можно было бы обойтись.

Кроме того, в начале 80-г гг. Влада часто звали в гости владельцы катушечных и кассетных магнитофонов – в качестве мастера по ремонту. В итоге Грэц получал возможность переписывать новинки современной поп- и рок-музыки. И хотя с длинными патлами он, подобно хиппующей молодежи той эпохи, не ходил, предпочитая «бандитскую» рябуху (кепку рябой раскраски) и «плясун» (шарф фирмы «Пляшущие мальчики»), в музыке разбирался неплохо.

Мода до опиума довела

Со временем к перечисленному «прикиду», то есть одежде на жаргоне, прибавилась норковая шапка, дублёнка, а также с узорами искусно обработанный надфилями и отполированный до прозрачности пластиковый мундштук, через который Влад курил даже сигареты с фильтром.

Словом, видок у него был ещё тот – от заправского наркомана не отличишь. В итоге, как это иногда бывает, внешний вид привел его в не самую лучшую компанию, в которой Грэц пристрастился к наркотикам – так называемой ширке (читай: опиуму) – причем употребление было инъекционное. И на свой выпускной в восьмилетней школе Владик зажигал раскумаренный на всю катушку.

В общем, подсел он на это дело крепко. В училище учился с неохотой, а впереди маячила доблестная Советская Армия. Впрочем, от службы его «отмазали». Дело в том, что оставшаяся без супруга мама Грэца была инвалидом, а за женщиной, не способной самостоятельно передвигаться, нужен был постоянный уход.

Конечно, ухода особого не было, поскольку сыночка вечно носило невесть где в поисках очередной дозы. А в наступивших кризисных 90-х гг. наркотики на черном рынке дорожали чуть ли не каждый день. Порой стоимость одного укола доходила до уровня половины месячного оклада. При этом постоянной работы у Влада с его вечно погасшими глазами, разумеется, не было.

Приятелям-наркоманам оставалось только удивляться, откуда у него постоянно находились деньги на дозу и дорогие импортные шмотки. Влад говорил, что у мамы пенсия большая…

Завод, кража, доза     

Одно время Грэц пытался продавать красивые рукотворные изделия из металла, пластика или дерева. Но за эксклюзивные – авторские! –  шедевры платили мало. Ведь тогда, как и сейчас, народ чаще вынужден был думать про хлеб насущный, чем про украшения.

А боявшееся ломки, абстинентного синдрома, тело постоянно требовало укола, дозы. И Влад нашел выход.

После работы на одном из авторемонтных заводов у него остался еще не просроченный пропуск. Смешавшись с толпой трудящихся он каждое утро проникал на территорию предприятия, расположенного буквально через дорогу от дома Грэца.

Понятно, что в цех он не шёл. Пытался затаиться где-нибудь, чтобы не попасться на глаза начальству, а потом проникал в бытовки. Благодаря сделанным отмычкам, он вскрывал шкафчики для переодевания, где рабочие хранили чистую гражданскую одежду, другие личные вещи, в том числе, естественно, кошельки.

Бывало, что в день он открывал по тридцать и более шкафчиков с однотипными замками. Сперва рабочие косились друг на друга, и порой доходило до драк. Но очень быстро люди поняли, что орудует не просто кто-то из своих, а какой-то уж очень матерый ворюга.

Поскольку каждая кража была индивидуальной, и потерпевшие начали обращаться в милицию, в день нам приходилось регистрировать по несколько десятков краж, - вспоминает следователь Бабушкинского РОВД (ныне Шевченковский отдел полиции – авт.). – Но вычислили его после другого эпизода, совсем не связанного с заводом.

Интересен еще один факт. Не только дом вора и завод располагались рядом, но и окна милиции буквально выходили во двор злоумышленника!

Старый друг лучше новых «терпил» 

Грэц понимал, что после его «налётов» будет «грандиозный шухер», а потому на время решил затаиться. Он вообще очень умело мог прикинуться эдаким простачком-дурачком. Дескать, живу с больной матерью, не до криминала мне, и т.д. Поэтому во время отработки сыщиками наркоманского контингента на него подозрение и не пало.

Попался он после кражи из квартиры старого приятеля по школе, в доме которого он неоднократно бывал. Тот недавно женился, и его дом был буквально завален подарками.

Грэц на свадьбе не был, но о привалившем счастье знал. И когда новобрачные укатили в путешествие на медовый месяц, среди бела дня свободно вошел в подъезд (широкого распространения кодовые замки еще не получили, а электронных тогда в помине не было), поднялся к квартире и легко вскрыл единственный замок на деревянной двери.

Правда, несколько оплошностей непрофессиональный вор всё-таки допустил. По словам следователя, Владу было тяжело справиться с психологическим аспектом. Всё-таки одно дело – воровать у бывших коллег. И совсем другое – у старого приятеля, с которым вместе учились в школе, переписывали музыку еще на катушечных магнитофонах, мотаясь с тяжеленными «ящиками» от дома к дому друг друга. Потому, не решаясь войти в подъезд, Грэц около двух часов крутился во дворе, где его успели «срисовать» вездесущие бабушки-«разведчицы», впоследствии подробно описавшие вора правоохранителям.

Но, оказавшись в квартире, злоумышленник уже не стеснялся – набрал аж пять сумок чужого добра. Хотя выбор, надо отметить, был у него весьма странным – скорее всего, опять же, по причине непрофессионализма. Специалисты-домушники что берут? В основном деньги, драгоценности негабаритные ценные вещи. Наш же «герой» брал всё подряд – причем, например, вместо висевшего на вешалке дорогого женского замшевого плаща, похитил дешевую мужскую куртку из кожзаменителя.

Кроме того, спёр он и… пустой бумажник, на продаже которого впоследствии и «спалился». Кстати, продать все вещи он и не смог бы, потому что дотащить сразу пять сумок до своей квартиры так и не сумел. Грэц спрятал за гаражами часть наворованного, а когда вернулся за ним, «тайник» уже опустошили другие охотники за добром…

Отсидел горе-мастер три года. С тех пор, говорят, живёт честно, поэтому, в отличие от звучного прозвища, его настоящие имя и фамилию мы изменили.