Волчья месть

На лесной полосе я на корточки сел и завыл, и на несколько верст разодрала мороз песня волка.

Но протяжный мой вой, совершенно не злой, по тебе тосковал.

Вьюги белой полой все следы замело в синих сопках.

И скулят у плеча трое наших волчат, заявляя права,

На тебя, на игру, на молочную грудь в шерсти теплой.

Три волчонка в снегу, наша плоть и кровь, а там ушло в загул пьяное село.

Где в сарае лежит на колосьях ржи та, с которой жил.

На лесной полосе лютый ветер свистел,  занималась заря.

Я отвыл, отболел, я нашел на земле их окурок.

Мне не с лапы бегом, потрусил на огонь горло рвать егерям.

Прикоснуться душой к украшающим пол нашим шкурам.

Гнев глаза мне застил – я в сенях задушил молодого щенка, чуть помладше того, что остался за сумрачным лесом.

Не хорош, не красив, гармозень прокусил до хрящей кадыка и со всех четырех соскочил на того, с СКСом.

Ай, да молодца, лоскуты с лица, кровь так горяча, как же он кричал,

А я рвал его и молчал. И закончив свой суд я по новой завыл, торжеством упиваясь победным.

Я овцу прихватил из оставшихся сил, к нашим детям помчался, потому что так долго голодными быть пацанам очень вредно.

Три волчонка в снегу, наша плоть и кровь, вспомнит мой загул пьяное село.

Там в сарае лежит на колосьях ржи та, с которой жил.

Александр Розенбаум

Подготовила Дана Адлер

Читайте также: Доброта;

Письмо Бога к человеку;

Кодекс волка;

На небесах живут родные души;

Рыся и снег;

Грешный мир;

В эпоху перемен;

Мудрость Соломона – не рой другому яму.